Директор медицинского департамента «Динамо» (Киев) Андрей Шморгун в эфире YouTube-канала «GG.Спорт» ответил на вопросы Дениса Бойко.
Андрей Шморгун
— Начнем с такого вопроса. Кто в «Динамо», если можно так сказать, является сверхчеловеком и восстанавливается быстрее всех — будто вопреки науке?
— Я бы не сказал, что есть какой-то один такой футболист. Понимаешь, восстановление — это очень сложная тема. На него влияет много факторов. И, по моему мнению, лучше всего восстанавливаются молодые игроки. У более возрастных футболистов уже есть определенные особенности организма, поэтому им нужно больше времени.
— Была ли за последний сезон серия похожих травм в команде, которая заставила вас существенно изменить планы подготовки?
— Травматизм в сезоне есть всегда, особенно на сборах. Почему? Потому что все игры проходят под большой нагрузкой. Это сложный процесс, но он контролируемый и предсказуемый. Мы понимаем, какие травмы могут быть, они часто похожи между собой. Поэтому таких ситуаций, чтобы из-за травм пришлось менять подготовку всей команды, не было. Да, травмы случаются, но они контролируемые: их лечат, ребята возвращаются к тренировкам и к игре. На общий тренировочный процесс это не влияет.
— Расскажите, пожалуйста, какова специфика восстановления профессионального футболиста после тренировки?
— Специфика восстановления очень интересная. Раньше мы, например, после тренировки использовали локальный холод — на суставы, колени, мышцы, которые больше всего уставали. Сейчас ребята очень любят ледяные ванны, как в фильме «Терминатор». За тренировочный день, когда есть две тренировки, мы используем примерно 120 килограммов льда. Это довольно интересная цифра. После этого идет кратковременное восстановление, а потом уже специализированное.
— Что входит в это специализированное восстановление?
— С игроками работают массажисты, реабилитологи, врачи. Применяем физиотерапевтические методики, разные аппараты — холодовые, которые чередуются с теплом. Это дает очень серьезный результат и существенно ускоряет восстановление футболистов.
— Кто больше всех любит ледяные ванны?
— Да все любят. Многие ребята их используют. После этого очень хорошие ощущения, появляется легкость в ногах, потому что меняется температурный режим, и это действительно дает результат.
— Сколько времени футболист может находиться в такой ванне?
— Начинают примерно с минуты, а потом постепенно увеличивают время до пяти минут и даже больше.
— Когда я еще играл, думаю, что и сейчас так же, футболисты иногда скрывают микротравмы, чтобы не выпасть из состава. Это правда?
— Денис, игрок может скрывать микротравму от себя, но от врача это сделать сложнее. Есть определенные методы, диагностические нюансы, когда футболист даже не понимает, а мы можем это выявить.
— Я скажу по себе: когда играл, иногда не приходил к врачам и не говорил, что что-то болит, потому что боялся выпасть из тренировочного процесса и из игры.
— Микротравмы бывают разные. Если это микротравма, которая не приведет к серьезным последствиям в игре или тренировочном процессе, мы можем ее контролировать и позволить футболисту играть. Но если есть риск длительного выбытия, тогда, конечно, мы настаиваем, чтобы игрок не тренировался и переходил на индивидуальную работу.
— Я помню, как играл с повреждением приводящей мышцы.
— Да, было такое. Но мы знали, что ты не повредишь ее сильнее. Мышца была стабильная, локализованная, и риск серьезного осложнения был минимальный.
— Но это потому, что вы знали о проблеме. Если бы я не сказал, могло быть значительно хуже.
— Именно так.
— Правда ли, что самое тяжелое восстановление после травмы — не физическое, а ментальное?
— Да, ментальное восстановление — очень важная часть реабилитации. После серьезных травм, например разрыва передней крестообразной связки, восстановление длится примерно шесть месяцев. Очень важно, чтобы футболист снова поверил в себя. В тренировочном процессе мы стараемся смоделировать ситуации, чтобы игрок убедился, что колено выдерживает нагрузку. Когда он в это поверит, тогда дальше тренировки идут намного легче.
— Я через это проходил. После разрыва «крестов» в конце карьеры, когда впервые вернулся в общую группу, было немного страшно. Не знал, как колено отреагирует в борьбе или стыке.
— Это абсолютно нормальная реакция.
— Скажите, чем отличается питание футболиста от питания обычного человека?
— Я бы не называл это диетой. Это образ жизни, спортивное питание. На самом деле человек, который просто правильно питается, придерживается тех же принципов, что и спортсмены. Правильное питание очень сильно влияет на физическую активность в любом виде спорта. Возможно, отличается только выбор продуктов — у спортсмена он шире.
— Есть ли продукты, которые вы категорически запрещаете во время сезона?
— Запретить можно любой продукт, который может навредить здоровью. Но наша главная задача — не запретить, а объяснить футболисту, как именно этот продукт может повлиять на организм во время нагрузок и почему его не стоит употреблять.
— То есть вы объясняете, а дальше все зависит от понимания игрока?
— Именно так. Я думаю, что футболисты это понимают.
— Были ли случаи, когда приходилось запрещать какие-то «народные» методы лечения? Например, йодную сетку или капустный лист?
— Такое бывает. Но самая большая проблема — это так называемые народные целители, которые обещают восстановить футболиста за один день. Они даже не смотрят МРТ, не знают истории травмы, но начинают что-то «вправлять» или делать какие-то манипуляции. Для меня это странно и даже шокирующе, потому что это может нанести серьезный вред.
— Какие современные технологии восстановления реально работают, а что, по вашему мнению, больше маркетинг?
— Есть много методов восстановления: термопроцедуры, криосауны. Мы используем барокамеру — камеру горного воздуха. Она и сейчас работает в «Динамо». Появляются новые технологические методы, и многие из них действительно эффективны. А то, что больше похоже на маркетинг, мы просто не используем.
Загрузка ...
